Эксперты - о перспективах экспорта металлопродукции

Экспорт металлопродукции стал одной из тем обсуждения на заседании Оргкомитета выставки Металл-Экспо. Высокая геополитическая неопределеность влияет на экспортные поставки на Ближний Восток и в Северную Африку, а также в Латинскую Америку – основные нынешние международные направления российских металлургов.

Как отметил в своем выступлении руководитель аналитического блока МСС Виктор Тарнавский, котировки на экспортных рынках снижаются, прежде всего - за счет сдувания пузырей на китайском рынке жилищного строительства. В Китае разразился настоящий кризис на рынке недвижимости, металлургическое производство планируется сокращать. Однако затраты на сырье сейчас снизились, поэтому китайские производители не торопятся резко снижать объемы производства, а скорее, намерены расширять свое присутствие на международных рынках, включая российский.

Много вопросов к спикеру поступило о новых развивающихся рынках, куда потенциально могли бы расширить поставки металлопродукции российские производители. Речь прежде всего, об Индии, Иране, Алжире и Египте.

«В Индии ситуация сейчас напоминает Китай середины 90-х годов прошлого века, с процессами массовой индустриализации и созданием собственных производств, рассчитанных на внутренний рынок, - прокомментировал Виктор Тарнавский. – Однако скоро там выборы, и хозяйственная активность в ближайшее время снизится, многие инвестпрограммы будут приостановлены, темпы потребления стали там снизятся. Плюс ожидается серьезный ввод новых мощностей. Ни как крупный экспортер, ни как масштабный импортер Индия в ближайшее время выступать не будет. Основные ее поставщики – Япония и Южная Корея, с которыми у Индии есть соглашение о свободной торговли».

Что касается Ирана, то он к сегодняшнему дню сам стал крупным экспортером стали с объемом в 9 млн т экспорта из 30 млн годового производства. Большая часть иранского экспорта приходится на полуфабрикаты и направляется на Ближний Восток и в ЮВА. Т.е. Иран сам рассчитывает развивать свой внутренний рынок и довести объем годового производства до 50 млн т.

В Алжире много строят в настоящий момент турки, но внутреннее потребление там заметными темпами не растет.

В Египте опять-таки есть излишки производственных мощностей, египетские компании сами сейчас довольно много экспортируют в Европу.

Тему продолжил Никита Кондаков, директор по взаимодействию с институтами развития и поддержке экспорта металлургической промышленности Группы компаний Российского экспортного центра. Он согласился с оценками перспектив работы на индийском рынке: «Это рынок достаточно сложный, все потребности закрыты местными мини-миллами. Единственное, там есть потенциал в покупке рельсов и колесных пар, потому что Трансмашхолдинг выиграл очень масштабный контракт в объеме до $7 млрд на поставку и обслуживание подвижного состава на срок до 30 лет”.

По словам представителя РЭЦ, в Египте действительно сейчас некоторые российские компании пытаются развернуть деятельность по определенному сортаменту. Но основная проблемы Египта сводится к тому, что у них банально нет валюты. Происходит активная деноминация египетского фунта. Валютной ликвидности в экономике страны в целом очень мало, поэтому работать на этом рынке крайне сложно – египтяне плохо платят, существуют серьезные ограничения с точки зрения хождения валюты, в том числе и наличной. Безналичный расчет также крайне затруднен, потому что Центральный банк Египта очень медленно согласовывает конвертацию валюты. Это весьма осложняет расчеты за товары.

«Алжир – позитивная экономика, активно продает газ и с точки зрения платежеспособности все довольно хорошо. У нас много взаимодействия с компаниями из Алжира происходит и разворачивается, продукция предприятий черной металлургии туда поставляется, пусть и не в больших объемах», - рассказал Никита Кондаков. Он также отметил, что из ореола влияния российских металлургов вышел Азербайджан, наладивший тесные деловые связи с Турцией.

По словам спикера, безусловно, внутренний рынок для российских меткомпаний сейчас приоритетней, чем поставки за рубеж. Экспорт продолжает снижаться в стоимостном выражении, потому что есть экспортная пошлина, плюс мировые цены по некоторым позициям ниже, чем внутренние, остаются проблемы с транзакциями, усложнилась логистика. Словом, все основные игроки сосредоточились на продажах в Центральную Азию и постсоветское пространство стран СНГ: в Узбекистан, Казахстан и Белоруссию.

Из экзотики – Западная Африка, где разгорается активная конкуренция с китайскими поставщиками, и Латинская Америка, потребляющая много катанки, из которой делается сетка-рабица для строительства загонов для скота. Но на этом экзотическое направлении опять-таки происходит ухудшение валютного законодательства, ликвидность там упала и расплатиться с нашими экспортерами зачастую не в состоянии.

Эти тенденции, на взгляд РЭЦ, в 2024 году сохранятся, возможно дальнейшее снижение экспорта, если какие-то экономики будут закрываться дополнительно.

Увы, столь популярные еще два года назад надежды на то, что рубль займет место доллара и станет резервной валютой в расчетах с «дружественными странами», пока не оправдываются. Возможно потому, что сам рубль в последние два года сильно похудел, а любая неустойчивая валюта не в состоянии претендовать на полноценную резервную.